«Из-за болезни муж не был на трех последних сменах сериала»: вдова Романа Попова дала первое интервью после его смерти

Мы с детьми адаптируемся к новой жизни. У нас идет процесс пересобирания всего, что есть, во что-то новое.

Что помогло вам справиться с потерей близкого человека?

Во-первых, личная психотерапия. Во-вторых, я психолог. У нас изучение основ проживания утраты и горя — это базовая история. Мне помогла одна простая мысль: вокруг чего будет строиться моя жизнь теперь? Я старалась найти те сферы жизни, которые у меня пылились, но были важны. Теперь я выстраиваю жизнь вокруг этих интересов — того, что меня вдохновляет, оживляет, дает энергию. Во-первых, это дети, во-вторых, это моя профессия, которую я очень люблю, и, в-третьих, какие-то бытовые задачи. Они не дают просто так лечь, расслабиться и отдохнуть в депрессии. Постоянно нужно что-то делать, и это держит в тонусе, помогает двигаться, вставать по утрам.

У вас с Романом трое детей: две дочери и сын. Как они справляются с потерей?

У меня два подростка 15 и 13 лет, а младшей только что исполнилось семь лет. Психологическое образование, безусловно, помогает в таком ключе, когда ты понимаешь схему этого процесса — какие есть этапы, из чего они состоят. Это не помогает проживать сам процесс, так как он всё равно остается, мы все люди, переживающие сердцем, душой, мозгами и всем телом. В отношении детей моей задачей было оставаться для них устойчивым взрослым, который справляется сам, а не таким, который лег, сдался и ушел в запой. Такое тоже может быть, реакция на потерю у всех бывает разная. Для детей самое важное в проживании любого сложного события в жизни — наличие опорного взрослого, который может быть рядом с ними в более менее адекватном виде.

Что в детях напоминает вам о Романе?

Наши дети были рождены в абсолютной любви, наш брак был настоящим, об этом говорили все друзья. Во всех детях есть его частичка. У старшего прекрасный музыкальный вкус, такой же, как у папы. Он очень похож на него физически — такая же широкая кость (улыбается), он не полный, но это такая Поповская порода — большие широкие плечи. Сейчас он учится играть на гитаре. Ромка прекрасно играл на гитаре, пел.

Средняя дочь также, как и он, любит людей, открыта к ним. Она любит создавать уют, праздник, дарить подарки, обожает говорить всем, что любит, наверное, это от него. Да, он весь был в этом. Младшей достались его глаза — большие, распахнутые и прекрасные глаза Ромы. Она тоже очень веселая девчонка, как и папа.

Последним проектом Романа стал комический сериал «Большой человек», в котором он исполнил главную роль. Во время съемок артист узнал о рецидиве рака. Известно ли вам, как протекала его работа? Смотрели ли вы этот сериал?

Из-за болезни он не был на трех последних сменах, не знаю, как ребята там выкрутились. Если честно, не смотрела ни одной серии сериала, не готова к этому. Проект начинался очень давно, задолго до болезни, лет девять назад. Там полностью сменился состав актеров. Они начинали с Марии Ароновой, она играла маму героя Романа. С тех пор они познакомились. Рома очень долго рассказывал о том, насколько она прекрасная актриса. Мы оба восхищались ею. Когда проект заморозили, муж долгие годы мечтал об этом сериале. Для него это был какой-то пунктик. Наверное, это очень символично, что именно этот проект стал его последней работой.

Каким Роман был вне кадра?

Имя Роман говорит о том, что человек очень романтичный. Ромка был очень романтичным до конца. Он был веселый, щедрый, у меня всегда были цветы, любимая еда. Если мне что-то было нужно, он всегда поддерживал. В нашем браке я была стратегом — просчитывала какие-то ходы, а он занимался их реализацией, искал для этого ресурсы. И мы вместе что-то придумывали. Это было органично, правильно. Это была жизнь, и мы жили ее так.

Мы знаем, что после смерти Романа вы выставили загородный дом на продажу. Почему вы приняли такое решение?

Мы действительно продаем этот дом. Мы живем вчетвером, с детьми и для нас он великоват, во-первых. Во-вторых, мне хотелось бы, чтобы у детей было наследство от отца. Возможно, мы возьмем квартиру для них, если дом все-таки продастся. Пока просмотры есть, но желающих приобрести немного. Дело в том, что он не отремонтирован до конца. Люди приходят и говорят, что хотели бы заехать в готовый дом с ремонтом. А тут нужно проявить немного творчества. Мы переехали сюда, когда у меня появились плита, туалет и матрас. Тогда я сказала: «Ребята, мы переезжаем». Остальные «бантики» мы прикручивали в процессе, но всё прикрутить не успели. Дому нужна хозяйская рука, которая решила бы все эти вопросы.

На прощании с Романом было много его друзей и актеров, которые общались с ним близко. Помогают ли они вам? Вы поддерживаете связь?

Никто не остался равнодушным, самые близкие друзья помогали нам, собирали деньги на лечение, регулярно писали. Я не считала, но, мне кажется, больше тысячи человек предлагали помощь. Сейчас тоже пишут, напоминают, что они рядом. У нас есть эта поддержка, которая так сильно помогла в тот момент. Не то, чтобы мне сильно была бы нужна какая-то помощь, не хочется дергать кого-то лишний раз, но ощущение того, что ты всегда можешь взять телефон, набрать номер и тебе помогут, — самое важное.

Чем вы занимаетесь сейчас? Помогает ли кто-то с детьми?

Я одна с тремя детьми. Я развиваюсь в трех направлениях: это семейная психотерапия, тьюторство (когда подросток или взрослый человек хочет пересобрать свою профессиональную или образовательную ситуацию) и профориентация. Первая встреча у меня всегда проходит бесплатно, мне важно определить, с чем работать. Иногда приходит родитель с сыном или дочерью и говорит: «Почините ребенка, что-то не то». Поскольку я хорошо ориентируюсь в трех этих направлениях, на первой встрече мы разбираемся, с чем мне предстоит работать.