РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Возвращение в магическую вселенную Караваля: отрывок из новой книги Стефани Гарбер «Однажды разбитое сердце»

Отличная новость для всех, кто успел полюбить писательницу Стефани Гарбер: вышла в свет ее новая книга, сюжет которой связан с суперпопулярной трилогией «Караваль» («Караваль» «Легендо», «Финал»). Действие снова возвращает читателя в загадочный мир бессмертных Мойр...

Новое произведение Стефани Гарбер «Однажды разбитое сердце» вышло в России в издательстве Freedom. 

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Главной героиней спин-оффа саги о «фестивале грез» Каравале стала Эванджелина — девушка с розовыми волосами. Она слепо и неистово верит в настоящую любовь. Но ее возлюбленный Люк околдован и оказывается обручен с другой, и тогда бедная Эванджелина решает заключить сделку с коварным Принцем Сердец. Этот опасный персонаж обещает ей возвращение любимого, но только какой ценой? Публикуем фрагмент этого увлекательного текста. 

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

💔💔💔

Принц Сердец откусил последний кусочек от яблока, прежде чем оно упало на пол и забрызгало все красным соком.

— Люди, которым я не по душе, зовут меня Джекс.

Эванджелина хотела сказать, что он вовсе не неприятен ей и даже напротив — нравился больше остальных богов и богинь Судьбы. Но это был не тот Принц Сердец, страдающий от любви, которого она себе представляла. Джекса трудно было назвать ожившим воплощением разбитых сердец.

Неужели все это было лишь злой шуткой? Ведь Мойры якобы исчезли с лица земли много веков назад. Однако все, что носил Джекс, — от его развязанного шейного платка до высоких кожаных сапог — было подобрано по последней моде.

Ее глаза метались по белой церкви, словно друзья Люка могли в любой момент ворваться сюда, чтобы поглумиться над ней. Люк был единственным сыном знатного господина, и пусть он никогда не давал повода считать, будто этот факт играет какую-то роль для Эванджелины, молодые люди, с которыми он водил компанию, считали ее недостойной. Отец Эванджелины владел несколькими лавками по всей Валенде, поэтому ее семья никогда не бедствовала. Но не принадлежала высшему слою общества, как Люк.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— Если ищешь выход, потому что образумилась, я не стану тебя останавливать. — Джекс закинул руки за свою златовласую голову, прислонился спиной к статуе самого себя и усмехнулся.

Ее живот тревожно сжался, предупреждая, что не следует обманываться его обманчивой улыбкой с ямочками или рваной одеждой. Он был самым опасным существом из всех, кого она когда-либо встречала.

Эванджелина не думала, что он убьет ее — она бы никогда не пошла на такую глупость, чтобы позволить Принцу Сердец поцеловать себя. Но знала, что если останется и заключит сделку с Джексом, то он навсегда уничтожит какую-то ее часть. Но Люка по-другому было никак не спасти.

— Какова будет цена твоей помощи?

— Разве я сказал, что помогу тебе? — Его взгляд остановился на кремовых лентах, что тянулись от туфель вверх по ее ногам, обвивая лодыжки и исчезая под подолом юбки. На ней было одно из старых платьев матери, расшитое узором из бледно-фиолетового чертополоха, крошечных желтых цветков и маленьких лисичек.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Уголок рта Джекса неприязненно искривился и застыл в таком виде, пока он осматривал ее волосы, которые она сегодняшним утром тщательно завила горячими щипцами.

Эванджелина старалась не чувствовать себя оскорбленной. Из непродолжительного опыта общения с богом Судьбы она подозревала, что этот бог весьма скептически относится ко многим вещам.

— Какого они цвета? — Он небрежно махнул в сторону ее кудрей.

— Золотисто-розовые, — воодушевленно ответила она. Эванджелина никогда и никому не позволяла вызвать у нее негативные чувства по отношению к ее необычному цвету волос. Мачеха постоянно пыталась заставить ее перекрасить волосы в каштановый.

Photo by V T on Unsplash
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Но локоны Эванджелины, волнами нежно-розового цвета с бледно-золотистыми вкраплениями спадающие по плечам, больше всего нравились в ее внешности.

Джекс склонил голову набок, продолжая хмуро рассматривать ее.

— Ты родилась в Меридианной империи или на Севере?

— Разве это имеет значение?

— Назови это любопытством.

Эванджелина поборола в себе желание нахмуриться в ответ на его насупленный взгляд. Обычно ей нравилось отвечать на этот вопрос. Отец Эванджелины, любивший создавать впечатление, что ее жизнь — это сказка, всегда подтрунивал, что нашел дочку упакованной в ящик вместе с другими диковинками, доставленными в его лавку, — вот почему она стала обладательницей розовых волос, утверждал он. А мама ее всегда кивала, подмигивая в ответ.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Эванджелина скучала по этим заигрываниям мамы и шуткам отца. Она скучала по всему, что было связано с ними, хоть и не хотела делиться с Джексом ни единой, даже крошечной деталью.

Вместо ответа она лишь пожала плечами.

Брови Джекса резко поползли вниз.

— Ты не знаешь, где родилась?

— Это обязательное условие, чтобы получить помощь?

Он снова оглядел девушку, на этот раз задержавшись взглядом на ее губах. Но Джекс смотрел на нее не так, словно хотел поцеловать. Его взгляд был слишком оценивающим. Он смотрел на ее губы так, как люди изучают товары в одной из лавок ее отца, будто они были вещью, которую можно купить — вещью, которая может принадлежать лишь ему.

— Скольких людей ты целовала? — спросил он.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Крошечный огонек тепла опалил шею Эванджелины. Она работала в отцовской лавке диковинок с двенадцати лет. Ее воспитывали не совсем как подобает юной леди: она отличалась от своей сводной сестры, которую учили всегда держаться на расстоянии метра от джентльмена и никогда не водить беседы о чем-то более скандальном, чем погода. Родители поощряли в Эванджелине любознательность, авантюризм и дружелюбие, но ее смелость проявлялась не во всем. Некоторые вещи все же тревожили душу девушки, и то, как пристально Принц Сердец рассматривал ее рот, входило в их число.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— Я целовалась только с Люком.

— Прискорбно.

— Люк — единственный, кого мне хочется целовать.

Джекс почесал свой острый подбородок, глядя на нее с сомнением в глазах.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— Я почти готов тебе поверить.

— К чему мне лгать?

— Все лгут. Люди полагают, что я с большей вероятностью помогу им, если они пожелают чего-то благородного, настоящая любовь тому пример. — В его голос закрался намек на насмешку, что еще сильнее подпортило образ Принца Сердец, который она себе воображала. — Но даже если ты действительно любишь этого парнишку, тебе будет лучше без него. Люби он тебя в ответ, то не стал бы жениться на другой. Конец истории.

— Ты ошибаешься. — В ее голосе была та же уверенность, что и на сердце. Эванджелина сомневалась в своих отношениях с Люком после его неожиданной помолвки с Марисоль, но сомнения таяли на фоне столь значимых воспоминаний, накопившихся за все те месяцы, что они пробыли вместе. В ту роковую ночь, когда умер отец Эванджелины, — ночь, когда ее сердце неустанно колотилось и болело, — Люк нашел ее бродящей вдоль витрин лавки диковинок в поисках лекарства от разбитых сердец. Слезы текли по ее щекам из раскрасневшихся глаз. Она боялась, что плач ее оттолкнет парня, но он, напротив, притянул Эванджелину в свои объятия и сказал: «Не знаю, смогу ли исцелить твое разбитое сердце, но ты можешь забрать мое, ведь оно уже принадлежит тебе».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Эванджелина давно знала, что любит его, но именно в тот момент поняла, что Люк питает те же чувства. Его слова могли быть позаимствованы из прославленного романа, но он подкрепил их искренними поступками. Помог собрать кусочки ее сердца воедино в ту ночь и во многие последующие ночи тоже. И теперь Эванджелина решительно намеревалась помочь ему. Предложения руки и сердца и помолвки не всегда являлись проявлением настоящей любви, но она знала, что те моменты, которые они разделяли вместе с Люком, в самом деле говорили об этом чувстве.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Он несомненно был проклят. Каким бы безумным или глупым это ни казалось остальным, проклятье — единственное объяснение, в которое она могла поверить. То, что он не мог хотя бы поговорить с ней или что каждый раз, когда Эванджелина порывалась поделиться с Марисоль правдой, слова не вылетали из ее открытого рта, — абсолютная бессмыслица.

— Пожалуйста. — Умолять было не в ее духе. — Помоги мне.

— Не думаю, что твои мольбы помогут. Но я ценю правое гиблое дело. Я остановлю свадьбу в обмен на три поцелуя. — Глаза Джекса игриво блеснули, вернувшись к ее губам.

Щеки Эванджелины вновь запылали румянцем. Выходит, она ошиблась в отношении того, что он не хочет целовать ее. Но если истории были правдивы, то одного его поцелуя хватит, чтобы принести ей смерть.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

У Джекса вырвался резкий короткий смешок.

— Расслабься, лапочка, я не хочу целовать тебя. Это убьет тебя, и тогда ты станешь весьма бесполезной для меня. Я хочу, чтобы ты поцеловала трех других. Тех, кого выберу я. В то время, которое выберу я.

— И какого рода поцелуй? Достаточно просто прикосновения губ... или нечто большее?

— Если ты полагаешь, что они считаются, тогда тебе никогда не довелось целоваться по-настоящему. — Джекс оттолкнулся от статуи и подошел ближе, снова возвышаясь над Эванджелина. — Поцелуй без языка — ненастоящий.

Румянец, с которым она неистово боролась, разгорался все сильнее, пока ее шея, щеки и губы не запылали огнем.

— Почему колеблешься, лапочка? Это всего лишь поцелуи. — Голос Джекса прозвучал так, словно он сдерживал очередной смешок. — Либо этот Люк ужасно орудует своим языком, либо ты попросту боишься согласиться слишком быстро, потому что эта идея втайне полюбилась тебе.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— Мне не полюбилась эта идея...

— Значит, твой Люк отвратно целуется?

— Люк целуется замечательно!

— Откуда тебе знать, если не с чем равнять? Если ты, в конечном счете, останешься с Люком, то, возможно, даже пожалеешь, что я не попросил тебя поцеловать больше трех человек.

— Я не хочу целоваться с незнакомцами — Люк, единственный человек, которого желаю.

— Тогда это не такая большая цена, — категорично сказал Джекс.

Он был прав, но Эванджелина не могла просто так согласиться с этим. Отец учил всегда, что боги и богини Судьбы не определяют чью-либо судьбу, хоть это и следовало из имени. Вместо этого они способны были распахнуть дверь в новое будущее. Но пути, открывавшиеся Мойрами, не всегда вели туда, куда люди ожидали, — и зачастую приводили к новым отчаянным сделкам в попытках исправить неудачи от первоначальных. Таких историй ходило несчетное множество, и Эванджелина не хотела, чтобы это повторилось и с ней.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— Я не хочу, чтобы кто-то погиб, — сказала она. — Ты не можешь остановить свадьбу, поцеловав там кого-нибудь.

Джекс выглядел разочарованным.

— Даже твою сводную сестрицу?

— Нет!

Он поднес пальцы ко рту и провел ими по нижней губе, скрыв частично свои эмоции, которые могли выражать как раздражение, так и удовольствие.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться.

— А я-то думала, боги Судьбы любят сделки, — возразила она.

— Только когда мы устанавливаем правила.

Загрузка статьи...