Андрей Алешкин: «Я знаю, как люди врут»

Андрей Алешкин: Сказанное человеком сказано только им, в этом парадокс. Мне кажется, весь мир действительно в каком-то смысле театр. Каждый человек в течение жизни выходит на разные сцены и играет разные роли: сына, мужа, отца, руководителя, артиста, адвоката. Иногда человек настолько привыкает к своей роли, что уже сам перестает понимать, где заканчивается образ и начинается он настоящий. Адвокат в этом театре не находится где-то за сценой. Наоборот, он помогает человеку правильно выстроить ту часть происходящего, которую тот должен предъявить обществу и суду. Я не придумываю человека заново. Я помогаю показать его позицию, его аргументы, его обстоятельства. И самое интересное начинается тогда, когда декорации рушатся.

Когда у человека возникает уголовное дело, когда он может потерять свободу, деньги, семью, репутацию — спектакль заканчивается. И тогда очень быстро становится понятно, кто перед тобой на самом деле.

Алексей Казачков: Вы защищаете людей, которых общество иногда уже заранее считает виновными. Как вы сами определяете: виновен ваш клиент или нет?

Андрей Алешкин: Я верю в невиновность своего клиента изначально, потому что его вина не доказана судом. В этом тоже есть определенная театральность нашей жизни. Общество может признать человека виновным еще до того, как суд исследовал доказательства. Зритель уже увидел спектакль, услышал одну версию, эмоционально отреагировал и решил, чем все должно закончиться. Но суд — это не театр общественного мнения. Там должны быть доказательства.

Поэтому моя работа — не играть роль защитника невиновного человека. Моя работа — защищать человека до тех пор, пока его вина не доказана судом.

Алексей Казачков: Вы работаете с резонансными историями, в которых фигурируют известные артисты и публичные люди. Чем защита звезды отличается от защиты обычного человека?

Андрей Алешкин: Юридически — ничем. Но у известного человека гораздо больше зрителей. Когда в истории появляется артист, миллионы людей начинают наблюдать за происходящим. У каждого появляется своя версия сценария: кто здесь герой, кто злодей, кто жертва.

И иногда человек еще даже не дошел до суда, а публика уже вынесла ему приговор. В этом смысле медиа создают собственную сцену. И задача адвоката — не становиться еще одним актером на этой сцене. Нужно отделять факты от спектакля вокруг фактов. Я не могу управлять тем, что думают миллионы людей. Но я могу сделать так, чтобы позиция моего клиента была сформулирована точно и профессионально.

Алексей Казачков: Возможно ли выстроить защиту клиенту, который вам неприятен?

Андрей Алешкин: Конечно, я не выбираю себе клиентов по принципу «нравится мне этот человек или нет». Если бы мы исходили из личных симпатий, право на защиту получали бы только те, кто хорошо играет свою роль, а человек может прекрасно выглядеть на сцене и совершенно иначе вести себя за ней.Поэтому я не оцениваю человека как судья, моя задача — разобраться в ситуации, увидеть все обстоятельства и обеспечить защиту. В каком-то смысле я помогаю клиенту выйти на сцену и сказать свою правду так, чтобы ее услышали. Но сам адвокат не должен становиться главным героем этого спектакля, иногда узнаваемость адвоката — следствие общественного резонанса, которое провоцирует громкое дело, в качестве примера приведу дело Михаила Ефремова.

Алексей Казачков: Вы много сталкиваетесь с семейными конфликтами. Почему женщины так часто оказываются в ситуации, когда мужчина сначала обещает им одно, а потом делает совершенно другое?

Андрей Алешкин: Потому что слова в отношениях иногда становятся слишком дешевыми. Мужчина может обещать женщине семью, детей, верность, безопасность, совместное будущее. А потом наступает момент , когда за этими словами нужно что-то сделать. И вот тогда начинается самое интересное.

Я считаю, что мужчину нужно оценивать не по тому, что он говорит женщине в начале отношений, а по тому, как он ведет себя, когда отношения становятся сложными. Когда появляются проблемы с деньгами, болезни, дети, ответственность, конфликт — именно тогда становится понятно, кто перед тобой.

Алексей Казачков: Почему мужчины изменяют? Вы как адвокат наверняка знаете гораздо больше таких историй, поделитесь пожалуйста.

Андрей Алешкин: К сожалению не могу, этому противоречит адвокатская этика, но я бы не стал оправдывать измену словами «так устроены мужчины». Измена — это выбор. Причины могут быть разными: кризис отношений, желание самоутвердиться, отсутствие эмоциональной близости, новая влюбленность или банальная безответственность. Но если мужчина договорился с женщиной о верности, он либо соблюдает эту договоренность, либо честно говорит, что больше не хочет жить в таких отношениях.Самое тяжелое — когда человек хочет одновременно сохранить семью и жить так, будто он никому ничего не должен

Алексей Казачков: Если мужчина женат и у него появляется любовница — кто несет ответственность: мужчина или другая женщина? И почему жена чаще ненавидит именно любовницу?

Андрей Алешкин: В первую очередь я бы спросил у мужчины, потому что именно он находится в отношениях и именно он давал своей жене определенные обещания. Мне не нравится выражение «женщина увела мужчину из семьи». Взрослого человека невозможно увести как ребенка. Если мужчина уходит, значит , он сам принял решение. А ненависть жены к любовнице я могу понять психологически. Гораздо сложнее признать: «Человек, которому я доверяла, сам сделал выбор против нашей семьи». Проще найти внешнего врага. Но взрослый человек должен уметь разделять ответственность.

Алексей Казачков: Вы много лет наблюдаете мужчин и женщин в конфликтах. Сильных женщин мужчины действительно боятся?

Андрей Алешкин: Слабый мужчина может бояться сильной женщины. Сильный — нет. Я вообще не понимаю, почему успех женщины должен восприниматься как угроза мужчине. Если у женщины есть карьера, собственные деньги, мнение, способность принимать решения — это не делает мужчину слабее. Мне кажется, мужчину должна пугать не сильная женщина, а собственная неспособность быть ей достойным партнером. И я бы вообще разделял сильного человека и человека, который постоянно демонстрирует свою силу. Это совершенно разные вещи.

Алексей Казачков: Вы работаете с людьми, для которых на кону может стоять свобода. Что происходит с человеком в тот момент , когда он понимает , что действительно может потерять всё?

Андрей Алешкин: В этот момент театр заканчивается. Когда человек понимает , что может потерять свободу, семью, детей, деньги или репутацию, ему уже очень сложно продолжать играть привычную роль. Кто-то начинает отрицать очевидное. Кто-то пытается договориться со всеми. Кто-то обвиняет окружающих. А кто-то впервые становится совершенно честным. Именно поэтому уголовная практика так много говорит о человеческой природе.

Пока у человека есть возможность играть — он играет. Но когда декорации начинают рушиться, остается человек. И тогда становится понятно, на что он действительно способен.

Алексей Казачков: Вы каждый день видите предательство, преступления, разводы, борьбу за деньги, свободу и репутацию. После всего этого вы вообще еще верите в любовь и в человека?

Андрей Алешкин: Конечно. Наверное, даже больше, чем человек, который никогда не видел обратной стороны человеческих отношений. Потому что я вижу не только предательство. Я вижу людей, которые остаются рядом, когда другой человек болеет. Вижу родителей, которые готовы отказаться от многого ради детей. Вижу людей, которые после страшных конфликтов все-таки находят в себе силы договориться.

Моя профессия научила меня не идеализировать человека. Но она же научила меня и не разочаровываться в нем окончательно. Весь мир действительно театр. Но проблема начинается тогда, когда человек настолько привыкает играть свою роль, что забывает, кто он на самом деле. А моя профессия позволяет увидеть момент , когда роль заканчивается. И тогда остается только человек. И, наверное, самое важное — не то, какую роль человек играет перед другими. А то, что он делает тогда, когда ему есть что терять.»