«Мы с Ирой очень разные»: Катя Шкуро раскрыла VOICE главный секрет победы в шоу «Сокровища императора»

Катя, поздравляю с победой в реалити-шоу «Сокровища императора»! Редакции нашего женского издания особенно приятно, что команда девушек оказалась лучшей! Какое самое яркое воспоминание осталось у вас от этого проекта?

То, что мне в 25 лет мне выпала честь стать участницей такого крупного проекта, куда приглашают звезд огромной величины, вызывает у меня радость и чувство гордости за саму себя. А то, что мне удалось дойти до финала, еще и победить, — это, конечно, двойная гордость и важное подтверждение того, что всё в моих силах. Думаю, победа женской команды в очередной раз показала, что девушки во многих ситуациях могут быть более гибкими, спокойными и эрудированными. Очень здорово разрушать такие стереотипы именно на подобных проектах. Лично для меня это шоу стало возможностью раскрыться с совершенно другой стороны. И особенно ценно, что эта победа, как мне кажется, станет новым этапом в моей жизни.

С кем из звезд этого шоу вы подружились?

В обычной жизни у меня, честно говоря, не так много времени на дружбу в привычном понимании этого слова. Мне хватает семьи, и я очень много работаю, поэтому у меня немного другой ритм жизни. Но после проекта у нас со многими сложились очень теплые отношения. Я хорошо общаюсь с Пашей и Зоей Деревянко, Лёней Слуцким, Олегом Яровинским. Да и в целом со всеми ребятами мы остались в прекрасных отношениях: поддерживаем друг друга в социальных сетях, переписываемся. Так что, можно сказать, со всеми сохранился хороший контакт — даже с «желтыми» и «зелеными». Наверное, именно за это я и люблю такие проекты: они дарят новые знакомства, которые потом иногда перерастают в интересные творческие коллаборации.

Да, телезрители наблюдали за вашим конфликтом с Артемом Качером. Он давал вам черную кошку, затрудняя путь к финишу. Рэпер в итоге извинился перед вами? 

После ухода «зеленые» отправили нашей команде два букета цветов. Плюс они проголосовали за нас, чтобы именно мы выиграли и получили золотую кошку. Так что, можно сказать, свою вину они полностью искупили. Если честно, все обиды уже давно забыты.

Какое испытание на этом проекте оказалось для вас самым сложным?

Если не брать испытание в суперфинале, которое, конечно, было очень тяжелым из-за колоссальной ответственности, усталости и всех накопившихся к концу проекта эмоций, то самым сложным для меня оказался хот-пот. Нужно было съесть огромное количество очень острой еды в духоте, и это стало настоящим испытанием не только физически, но и психологически. 

Во время этого проекта был момент, когда вы думали, что проиграли? Может быть, когда Ирина заболела?

Да, у нас действительно было несколько моментов, когда нам казалось, что мы вот-вот вылетим. Особенно остро это ощущалось каждый раз, когда мы получали черную кошку. Но самый серьезный момент случился тогда, когда мы были даже без черной кошки и заблудились уже на первой подсказке. Мы искали ее больше четырех часов. Ира в тот момент болела, но, если честно, это не стало решающим фактором. Скорее, это был очень сильный психологический удар, потому что в какой-то момент мне началось казаться, что мы последние и остается только достойно дойти до финиша. Особенно тяжело стало морально, когда мы вернулись в лагерь и узнали, что для остальных пар это задание оказалось намного легче: они нашли первую подсказку буквально за десять минут, а мы очень сильно затормозили. Именно тогда мы поняли: всё, игра началась по-настоящему, и дальше уже нужно было максимально собраться и включиться на полную.

Как считаете, благодаря чему вы смогли одержать победу? Повезло?

Убеждена, что победа в «Сокровищах императора» — это прежде всего заслуга характера, силы воли и умения не сдаваться даже в тот момент, когда тебе кажется, что ты уже последний и вот-вот покинешь проект. Главный секрет нашей пары был в том, что мы с Ирой очень разные — с точки зрения характеров, взглядов на жизнь и отношения ко многим вещам. Мы могли смотреть на одну и ту же проблему под разными углами и благодаря этому быстро находить решения. Еще один важный момент: мы обе были максимально включены в процесс. У нас не было такого, что на проект позвали одного человека, а он уже потом предложил второго. Нас изначально приглашали именно как пару, понимая, что мы будем проходить этот путь вместе. И мы с самого начала ехали с одинаковым настроем: каждая из нас хотела победить. Наверное, именно поэтому с первой серии, с первого дня мы включались в каждое испытание на максимум. И это, мне кажется, было заметно и по ходу проекта, и сейчас, когда мы сами смотрим эфиры по телевизору.

Вместе с вами в финале были две команды: «оранжевые» — Павел и Зоя Деревянко, «фисташковые» — Екатерина Моргунова и Кристина Арушанова. В отличие от вашей команды, которая была в проекте с первого дня, они приехали на шоу уже в его середине. Многие телезрители пишут в соцсетях, что их победа была бы несправедливой. А каково ваше мнение?

Есть выражение «победителей не судят», но в нашем случае, я бы сказала, и финалистов тоже не судят. У каждой пары были свои шансы дойти до финала, и каждая этот путь прошла по-своему. Да, многие телезрители говорят, что пары, которые приходят позже в реалити-шоу, находятся в более выгодном положении: они меньше устали, лучше выспались, у них больше сил. Но при этом у них гораздо меньше опыта. А на такой дистанции именно опыт и даже собственные ошибки очень часто оказываются решающими — особенно в стрессовых или неожиданных ситуациях, когда, например, можно потеряться, заблудиться или растеряться. Поэтому я бы не сказала, что новичкам было проще дойти до финала. Иногда им, наоборот, сложнее. Когда ты впервые сталкиваешься с черной кошкой, впервые оказываешься в ситуации, когда заканчиваются деньги, — это тоже серьезное испытание. Пары, которые уже через это проходили, хотя бы понимали, как действовать и чего ждать.

Так что то, что ребята дошли до финала, — это на самом деле их большая заслуга. Я к каждой паре относилась как к полноценному, равному сопернику. В финале действительно мог выиграть любой. Потому что, помимо опыта и уже накопленного проектного бэкграунда, в каждом испытании есть еще и элемент удачи. Где-то может сыграть роль физическая подготовка, где-то — логика, где-то — внимательность, скорость реакции или даже математические способности. Каждый навык любого участника в определенный момент может стать решающим и привести команду к победе. Именно поэтому я шла в финал с двумя мыслями одновременно: очень хотела выиграть, но при этом понимала и принимала тот факт, что победить может абсолютно любая команда. Наверное, такой внутренний баланс тоже помогал сохранять спокойствие и не разрушаться эмоционально.

Когда мы с вами общались в ноябре в Чунцине, вы сказали, что вам тяжело далось расставание с дочкой и сыном. Как они вас встретили?

Конечно, дети очень ждали моего возвращения. Родные и муж постоянно говорили им, сколько дней осталось до моего приезда. К сожалению, не всегда была возможность созвониться с ними, и морально это, конечно, давалось непросто. Но в то же время я понимала: во-первых, я в любом случае скоро вернусь домой, а во-вторых, в любой момент могла вылететь с проекта раньше. Поэтому мысль о том, что меня дома ждут семья и дети, скорее поддерживала, чем расстраивала. 

Встретили они меня, конечно, очень тепло. Мы долго обнимались, я привезла им целую гору подарков. И почти сразу решила, что хочу отправиться с ними в совместное путешествие, потому что мы давно не виделись. Мне кажется, именно такие поездки очень сближают и помогают восполнить время, которое мы провели в разлуке.

Как вы распорядились выигранными миллионами?

Когда в конце ноября снимали финал проекта, я сказала, что в случае победы хотела бы вложить выигрыш в свой косметический бренд. Но с тех пор многое изменилось — и в моей жизни, и в мире в целом. Поэтому к моменту, когда я получу эти деньги (после выхода в эфир последнего выпуска реалити-шоу, — Прим. ред.), я уже четко понимаю, что хочу направить их на ремонт квартиры. Сейчас у меня как раз завершается работа над дизайн-проектом, и совсем скоро мы приступим к ремонту.

Как сказался на вашем самочувствии этот проект?

На проекте каждый день происходит своего рода обнуление. С каждой новой дистанцией, с каждым испытанием ты заново включаешься в процесс и собираешь себя по кусочкам. Даже если утром встаешь очень тяжело, то к середине дня постепенно раскачиваешься, и будто открывается второе, пятое, десятое дыхание. Но после завершения проекта я почувствовала сильное истощение. Мне очень хотелось тишины, спокойствия, чтобы меня никто не трогал. Когда ты долгое время постоянно находишься среди людей, в напряжении, в бесконечных испытаниях и церемониях, это, конечно, сильно выматывает. Думаю, потом я еще несколько месяцев восстанавливалась.

Даже когда мы полетели в Дубай, мама говорила, что я всё еще нахожусь в каком-то режиме гиперактивности: моментально вставала, всё время куда-то спешила, кого-то отвозила, привозила, постоянно была в движении. И когда она потом смотрела проект, то узнавала во мне именно это состояние — человека, который живет в режиме постоянного включения и внутреннего напряжения. Я даже помню, как буквально переучивала себя ходить медленно. Настолько привыкла всё время идти быстрым, почти спортивным шагом, что потом в обычной жизни заново училась замедляться.

У вас еще есть желание принять участие в экстремальном шоу?

После таких проектов я довольно быстро восстанавливаюсь. Для меня это во многом похоже на большую игру, приключение, даже на какой-то детский лагерь — только в экстремальных условиях. И я получаю огромное удовольствие от всех испытаний, особенно когда еще и удается побеждать.Это невероятные эмоции, которые в обычной жизни практически невозможно испытать. Поэтому я уверена, что вы еще увидите меня не в одном шоу — такие ощущения всегда хочется пережить снова.