Алексей Романоф о конкурсах, удаче и музыкальных трендах

— Был один-единственный опыт в моей жизни, еще на первой «Фабрике звезд». Я уже и не вспомню и номера, который представлял, и причин, по которым не прошел. Но я очень хорошо прочувствовал всю палитру эмоций, которые испытывают ребята, участвуя в таких конкурсах. На мой взгляд, это, конечно, феноменальный стресс. Вот Полина Гагарина – моя коллега – она конкурсная артистка, она выступала на всевозможных конкурсах и практически выиграла Евровидение – а это, на мой взгляд, самое страшное, что может случиться с артистом. А я не конкурсный человек совсем.

Участие и даже победа в конкурсе – это еще не гарантия дальнейшего успеха. Что вы можете посоветовать AiMori и другим молодым исполнителям, которые только начинают свой творческий путь?

— Я счастлив, что победила музыка, победил настоящий талант, победила та девушка, которой действительно нужна поддержка. Ai Mori получила всё, на мой взгляд, что нужно для старта молодому бойцу. Мне отрадно, что у неё будет возможность записать песню, снять видеоклип, выпустить сингл – мне кажется, об этом можно только мечтать. Теперь только остаётся пожелать ей, как и было сказано выше, удачи!

Где молодому исполнителю найти хороший материал?

— Ну, многие исполнители пишут сами себе. Некоторые дружат с какими-то авторами. Мне приходит очень много предложений от молодых исполнителей. Также мне пишут и молодые авторы. Одно время я слушал очень много материала и открыл, например, такого человека, как Игорь Майский, который впоследствии написал «Твои глаза» для Светланы Лободы. Это тоже в его случае удача.

На «Музыкастинг» прислали 3000 заявок. Вы их все прослушали? Как из такой массы можно выбрать таланта?

— Мы их прослушали все. И очень сложно выбрать по-настоящему стоящих артистов. То есть на шестой час прослушиваний ты практически сходишь с ума!

Почему обычно в конкурсах так мало нового оригинального материала и все зациклено на каверы хитов, проверенных временем?

— Потому что большинству людей обязательно нужно объяснить, что вот это наша российская Селин Дион, а вот это – Майкл Джексон. Люди все новое воспринимают с трудом и с большим удовольствием глотают штампы и крючки, которые закидывают воротилы шоу-бизнеса. Задача «Музыкастинга», в том числе, познакомить аудиторию и с новыми песнями, а не только с певцами и группами.

У нас сейчас чуть ли не весь российский шоу-бизнес живет под влиянием рэпа. Можете сделать какой-то прогноз, что придет на смену рэпу? 

— На мой взгляд, по крайне мере я этого жду, что повторится конец 90-х-начало нулевых, когда действительно настоящая музыка главенствовала, когда программные директора и слушатели выбирали не хайп, а то, что им действительно, по-настоящему нравится. И у нас были такие артисты, как t.A.T.u., Земфира, Hi-Fi, «Гости из будущего». Я очень надеюсь, что будет еще уклон в инди-рок. Все больше и больше людей испытывают потребность в живой музыке. Особенно на фоне этого переставления кубиков в компьютере, когда, не зная нот, любой может двумя пальцами создать музыку. Все-таки музыкант должен уметь играть на инструменте.

Музыка для радио, для интернета и музыка для шоу – это разная музыка?

Она пересекается. Но самые главные хиты мы с вами можем узнать, не заходя в интернет и не включая радио. Ты покупаешь продукты в супермаркете или садишься в маршрутку – ты везде слушаешь радио или стриминговый сервис, и ты все равно это невольно слышишь несколько раз на дню. Так музыка становится популярной.

Если ваши дочери выберут музыкальную карьеру...

Может быть такое.

И как вы к этому отнесетесь?

Я отнесусь к этому плохо, но мне придется поддерживать. Но я не стану делать им особую протекцию. Если они сами решат работать в этом направлении, то пусть развиваются, пока я не скажу: «Молодцы, девчонки!»