«Заткни пасть и иди в номер!»: Чигладзе, избивший российскую туристку, получил марш в поддержку, а она — хейт в соцсетях

В какой-то момент между туристками и гостями свадьбы начался конфликт. По словам женщин, они собирались выпить шампанского у открытого окна, когда люди внизу стали им что-то кричать. Возникла перепалка.

Первоначально подруга пострадавшей Полина Курта заявила в социальных сетях, что причиной агрессии стала русская речь. На видео Чигладзе действительно требует, чтобы с ним говорили по-грузински или по-английски, однако доказательств того, что конфликт начался именно из-за языка,  нет.

Сторона обвиняемого описывает произошедшее иначе. По словам гостей свадьбы, туристки оскорбляли собравшихся, плевали в них, вылили жидкость на музыкальное оборудование и облили невесту. Чем именно, тоже неясно: в разных пересказах фигурируют вода, шампанское и моча.

22 июля появилось видео начала конфликта. На нем одна из туристок стоит у открытого окна и спорит с гостями свадьбы. Люди внизу обвиняют женщин в том, что те вылили на них воду. Один из мужчин требует, чтобы девушка «заткнула пасть», ушла в номер и больше не показывалась.

Видео подтверждает только то, что конфликт действительно был, но никаких доказательств того, что девушки его спровоцировали, в нем нет: на записи они ничего не выливают, не плюют в гостей и не обливают невесту. Поскольку съемка начинается уже во время перепалки, определить по ней, кто начал конфликт, невозможно.

Администрация Agarani Estate заявила, что некая жидкость действительно попала на музыкальную аппаратуру, и передала записи с камер следствию. В открытом доступе этих кадров пока нет.

Тем временем пользователи социальных сетей изучают фотографию отеля и спорят, можно ли в принципе из окна этого номера облить людей, находившихся во внутреннем дворе: между окном и свадебной площадкой видна крыша выступающей части здания. Ответ на этот вопрос, вероятно, теперь придется искать следствию.

Администрация отеля позднее восстановила дальнейшие события почти поминутно. По их данным, ссора началась около 20:16. Уже в 20:20 сотрудники поднялись к туристкам и попытались урегулировать конфликт.

Женщин решили переселить в другой номер или даже отправить в другую гостиницу. Сотрудникам охраны поручили не допускать прямого контакта между ними и гостями свадьбы. В 20:39 администрация вызвала полицию.

Через минуту брат жениха, 30-летний Гиорги Чигладзе, сел в лифт и поднялся к туристкам.

Это важная деталь: Чигладзе не был случайным участником внезапно вспыхнувшей потасовки. Он сам пришел в номер Алены уже после того, как в ситуацию вмешалась администрация и была вызвана полиция. Возможность избежать прямого столкновения у него была — более того, к этому моменту сотрудники отеля специально занимались тем, чтобы стороны больше не контактировали.

Работник гостиницы последовал за мужчиной, но не успел: к 20:42 конфликт уже перешел в избиение.

На видео Чигладзе находится у двери номера и агрессивно разговаривает с Аленой. Женщина требует, чтобы он ушел: «Ты в моей комнате». Чигладзе отвечает: «А ты в моей стране» — и требует говорить по-грузински или по-английски.

Алена пытается вытолкнуть его за дверь. Мужчина оскорбляет ее, а затем наносит сильный удар в лицо. Женщина падает.

На следующих кадрах Алена лежит на кровати с окровавленным лицом, рядом находятся врачи. У нее диагностировали перелом носа и сотрясение мозга. По версии прокуратуры, Чигладзе сначала ударил женщину в плечо, а затем — в лицо.

Скорая помощь прибыла в 21:09. Администрация Agarani Estate признала свою долю ответственности: несмотря на действия сотрудников и охраны, отель не смог обеспечить безопасность постоялиц и предотвратить нападение. Полина Курта при этом утверждает, что номер комнаты Чигладзе сообщили на стойке регистрации.

Сначала Чигладзе доставили в полицию как свидетеля, а 19 июля задержали. Ему предъявили обвинение по статье об умышленном причинении легкого вреда здоровью. Максимальное наказание по ней составляет три года лишения свободы.

Защита Чигладзе настаивает, что мужчина сам стал жертвой провокации: по словам адвоката Лаши Капанадзе, туристки испортили свадьбу, оскорбляли гостей, а во время разговора Алена схватила его клиента за горло и ударила в грудь. В подтверждение была опубликована фотография  Чигладзе со следами на шее.

Удар, которым Чигладзе сломал девушке нос, адвокат назвал самообороной: мужчина якобы взмахнул рукой, пытаясь защититься, и случайно попал Алене в лицо. При этом на видео мы можем наблюдать целенаправленный (и хорошо поставленный) удар. 

Однако именно версия о «провокации» была с воодушевлением принята в соцсетях: она, конечно, не позволяет отрицать очевидное — Чигладзе действительно напал на Алену, это зафиксировано на видео, — но позволяет объявить избиение вынужденным и потому почти оправданным.

После задержания Чигладзе в Тбилиси состоялся стихийный марш в его поддержку. Люди потребовали освободить мужчину и привлечь туристок к ответственности.

Сам Чигладзе тем временем написал из изолятора письмо:

Надо понимать, честью Чигладзе называет свое право вторгаться в чужой гостиничный номер и избивать постоялиц. Обратим внимание на формулировки: не он ударил Алену, а «эта женщина получила повреждения». Удар был «непреднамеренным поступком». А причиной произошедшего снова называется провокация и нанесенное ему оскорбление.

Тем временем в социальных сетях поступку Чигладзе нашли множество оправданий — от «негласных правил», по которым  вызывающее поведение неизбежно получает физический ответ, до традиционного «вы хотели равноправия — вы его получили».

Смысл этого аргумента предельно ясен: равноправие многие мужчины понимают не как обязанность отказаться от насилия в отношении любого человека, независимо от пола, а как разрешение бить женщин наравне с мужчинами. Причем «наравне» здесь тоже весьма условно: Алена не приглашала Чигладзе «выйти поговорить» -  это он ворвался в ее номер.

Практически каждая женщина может вспомнить ситуацию, в которой ей пришлось оправдываться за агрессивные действия мужчины и доказывать, что она их не спровоцировала: не повысила голос, не ответила слишком резко, не посмотрела вызывающе, не отказала и не попыталась защититься. Если найти хотя бы один «неправильный» жест, ответственность немедленно перераспределяется: мужчина, конечно, поступил плохо, но и женщина вела себя не лучшим образом.

А поскольку провокацией может быть признано практически любое женское поведение и даже внешний вид, доказать, что агрессия возникла совершенно на пустом месте, почти невозможно. После этого действия мужчины, пусть совершенно несоразмерные женскому «проступку», начинают восприниматься как закономерные. Да, ударил, но что еще ему оставалось? Она ведь сама его довела.

Именно поэтому общественное обсуждение так упорно возвращается к первым минутам конфликта. Что девушки делали у окна? Кого облили? Была это вода, шампанское или моча? Насколько громко они кричали? Все эти вопросы задаются не для того, чтобы восстановить хронологию событий, а чтобы найти поступок, который превратит избиение женщины в понятное и почти неизбежное последствие ее собственного поведения.

Иначе придется признать очевидное: Чигладзе ударил Алену не потому, что она совершила нечто ужасное, а потому, что счел себя вправе ее наказать.

21 июля Телавский районный суд освободил Чигладзе под залог в пять тысяч лари.  Обвинение с мужчины не снято, расследование продолжается.

Возможно, следствие установит, что девушки действительно испортили аппаратуру, оскорбляли гостей и нарушили правила отеля, и за это им, безусловно, придется нести ответственность. А Чигладзе и его окружение тем временем пытаются доказать, что Алена заслуживала быть избитой в собственном номере. И, судя по стихийному маршу в поддержку обвиняемого и тысячам комментариев в адрес пострадавшей, эту задачу общество почти выполнило за них.